Коллекционер Нехорошев А.Н.


   

 

Все статьи

Видео

 

Дети. Цветы. Жизнь.

 

Просматривая каталог выставки, я обратил внимание на открывающие его строки из шестого сонета Уильяма Шекспира: «Ты будешь жить на свете десять раз, десятикратно в детях повторенный...».

Английский классик будто написал это об Анатолии Нехорошеве, у которого четверо детей и трое внуков. Это его цветы. И его жизнь...

Начинал Анатолий Никифорович учителем в школе, потом был НЛМК, работа на производстве, партком комбината, где ему довелось курировать идеологию. А затем новый поворот в жизни – и Нехорошее возглавил областное управление культуры, что нисколько не удивляет: культура в советские времена являлась неотъемлемым элементом идеологии.

В начале смутных 90-х Нехорошее ушел в коммерцию, а в мае 1998-го состоялось его «второе пришествие» в администрацию области. Тогда губернатор предложил ему стать начальником управления культуры, где он и проработал до своего 60-летия.

После этого страстью и смыслом жизни Анатолия Никифоровича стало коллекционирование живописи.

- Он - наш липецкий Третьяков, - говорит о Нехорошеве директор Дома Мастера Галина Барбашина. - Художники должны быть благодарны ему за поддержку, за то, что он буквально помогает им выжить.

Искусство действительно требует не только жертв, но и пожертвований. И Россия всегда славилась своими харизматичными меценатами. У того же Мамонтова, по свидетельству современников, «была какая-то электрическая струя, зажигающая энергию окружающих. Бог дал ему особый дар возбуждать творчество других». Этим даром наделен и Нехорошев. Как становятся меценатами? Что заставляет их влюбиться в искусство и поддерживать его? Тайна... Художник Крамской писал Третьякову: «Меня очень занимает один вопрос: каким это образом мог образоваться в вас такой истинный любитель искусства. Я очень хорошо знаю, что любить разумом очень трудно». И меня интересовало, каким образом он образовался в Нехорошеве? С этого вопроса и началась наша беседа…

- В 1992 году губернатор Купцов уволил меня с должности начальника управления культуры, - вспоминает Анатолий Никифорович. - Видно, я слишком самостоятельно себя вел. Узнав об этом, Дед, как друзья звали между собой великого Виктора Сорокина, расстроился и сказал: «Жалко Нехорошева, зря его выгнали. Хороший был начальник...». И тут же, глядя из окна своего дома, написал специально для меня этюд «Ульи», который в тот же день привезла мне искусствовед Татьяна Нечаева. Он был еще не просохшим. Это первое полотно в моей коллекции и разбудило во мне страсть к собирательству. За 5 лет работы в управлении культуры я познакомился со всеми липецкими художниками: знал все их проблемы, заморочки, «позитивы» и «негативы», которых у людей творческих предостаточно. Но за те пять лет я не купил ни одной картины. Мне, конечно, предлагали их в дар, но я всегда отказывался: никогда в голову не приходило воспользоваться своим служебным положением. Работу Сорокина я принял уже после увольнения...

- Как вы восприняли отставку?

- Вообще-то, я, наверное, даже рад, что меня, так сказать, выгнали. Дети тогда были еще маленькие! и я вынужденно занялся коммерцией. В итоге научился зарабатывать и приспособился к этому вульгарному капитализму. И у меня появились деньги, на которые я стал покупать у липецких художников их картины.

- Ваша коллекция состоит из работ местных живописцев?

- В основном да. Сейчас в коллекции почти 500 полотен. И у меня нет Малевича, Кандинского, Айвазовского. Хотя, конечно, можно было бы за деньги, потраченные на липецкие картины, купить пару-тройку работ какого-нибудь модного живописца. Но я пошел другим путем. Сегодня в России работают шесть с половиной тысяч членов Союза художников, в Липецке - 104. В моей коллекции нет работ только четырнадцати из них. И я считаю, талантливых людей надо поддерживать - особенно сейчас, когда кризис коснулся и искусства. Я помогаю липецким живописцам и делаю это от души. Ведь невозможно совершить над собой насилие и заняться нелюбимым делом. По крайней мере, мне...

- А работая в парткоме НЛМК и претворяя в жизнь «генеральную линию КПСС», вы совершали над собой насилие?

- Нет. Все лозунги и агитации парткомовцы воспринимали как явление природы, но зачем теперь вспоминать о них? Мы делали очень много полезного. Для народа вообще создавались нормальные условия и для работы, и для отдыха. В то время, пожалуй, каждый мог получить нормальное жилье, металлурги проводили отпуск на курортах, детей отправляли в пионерские лагеря на море. Нет, я не чувствую себя ни в чем виноватым. Мы работали честно и нас не в чем упрекнуть. Разуме­ется, нам приходилось следовать «генеральной линии партии». Но в парткоме НЛМК, например, не было работавших «по блату». Тогда умели подбирать людей - кадры, которые на самом деле решают все. Я продолжаю общаться с теми, с кем работал тогда - с Михаилом Гулевским, Валерием Синюцом, Николаем Сизоненко, со многими секретарями первичных цеховых партийных организаций. Все эти люди, как видим, не пропали - нашли себя. Кстати, вот вчера приходил на выставку в Дом Мастера с внуком Александр Тепленичев, бывший секретарь парткома НЛМК, написал в книге отзывов очень хорошие слова...

- Анатолий Никифорович, а когда вам лучше жилось - сейчас или при Брежневе?

- Меня часто спрашивают об этом. Отвечу, как обычно... анекдотом! Одному немолодому человеку задали этот же вопрос. «Ясное дело, при Брежневе! - сказал он. - Тогда женщины были моложе!».

- Почему вы назвали выставку «Дети. Цветы. Жизнь»?

- Так ведь это три составные части нашего мира, три кита, на которых он держится, три движущие силы, связанные между собой неразрывно. За каждой из представленных на выставке работ стоит что-то личное, пережитое, выстраданное, оставившее след в душе. Здесь моя радость и боль: безвременно ушедший сын Павел, старший сын Дмитрий со своей семьей, ПашАня (мои двойняшки Паша и Аня), внуки Станислав, Виктория и Ванюша, супруга Лариса, наше любимое село Никольское... Что важно, эта выставка тематическая, поэтому каждый найдет для себя то, что ему ближе, понятнее.

- Многочисленное семейство Нехорошевых поддерживает вас?

- О, мне очень помогают сын Дмитрий и супруга Лариса. В последнее время даже кажется, что Лариса покупает картины чаще, чем я. Я собираю эту коллекцию для детей и внуков. Она достанется им. Что у нас обычно дарят детям? Ковры, машины, компьютеры... Только вот ковер рано или поздно съест моль, машина заржавеет, а компьютер уста­реет технически... И только картины будут передаваться из поколения в поколение. По-моему, это лучшая форма сохранения памяти.

У входа в Дом Мастера выставлена работа художника Александра Колыхалова «Ангел со свечой». У ангела Колыхалова теплые, внимательные, участливые, немного встревоженные глаза. Наверное, ангел и должен быть таким. Когда я уходил с вы­ставки, то появилось чувство, будто ангел кивнул мне головой и спросил глазами:

Ну, как, понравилось?

Очень, - кивнул я ему в ответ.

 

Владимир БАШМАКОВ
«Липецкий РЕПОРТЕР»